Chapter 2

Книга Екклесиаста:

Глава вторая Суетность

удовольствий Я сказал себе:

Попробую ка

повеселиться и получить

от этого удовольствие.

Но и это оказалось суетой.

О смехе я сказал: Безумие,

а о веселье: Что оно даёт?

Я пытался утешить себя вином

и, сохраняя мудрость,

предаться глупости. Я хотел

увидеть, что стоит

людям делать под небом

в немногие дни их жизни.

Я совершил великие дела:

построил себе дома,

и насадил виноградники,

разбил сады и рощи,

и посадил в них разные

плодовые деревья.

Я сделал водоемы,

чтобы поливать цветущие

деревья в роще.

Купил себе рабов и рабынь,

и были у меня и другие рабы,

рождённые в доме моем.

Также крупного

и мелкого скота

было у меня больше, чём

у кого-либо, кто жил до меня

в Иерусалиме.

Я собрал себе серебро,

и золото, и богатство царей

и областей.

Приобрел я певцов, и певиц,

и много наложниц — отраду

сердца мужчин.

Я превзошел

величием всех, кто жил

в Иерусалиме до меня.

При всём этом

мудрость моя

оставалась со мной.

Чего бы ни пожелали

глаза мои,

я ни в чём им не отказывал;

сердцу своему я не отказывал

в удовольствии.

Моё сердце радовалось

от всего, что я делал —

это и было наградой

за весь мой труд.

Но когда я посмотрел

на всё, что сделали мои руки,

и на тот труд,

что я совершил,

я увидел, что всё суета,

всё — погоня за ветром,

и ни в чём нет пользы

под солнцем. Мудрость

и глупость суетны

Затем я стал размышлять

о мудрости, о безумии

и глупости. Ведь

что ещё может сделать

преемник царя,

кроме того,

что уже делалось?

И увидел я, что мудрость

лучше глупости, как и свет

лучше тьмы.

Мудрый ясно видит куда идёт,

а глупый блуждает во тьме.

Но я понял,

что их обоих ждет одна

участь.

Затем я сказал себе:

Участь глупого

постигнет и меня,

так к чему же мне

моя мудрость?

И я сказал себе,

что и это суета.

Потому что мудрого,

также как и глупого,

не будут помнить вечно;

придёт время — забудут обоих.

Мудрый умирает,

как и глупый! Суетность

человеческого труда

И возненавидел я жизнь,

потому что печальным

показался мне всякий труд,

который делается под солнцем.

Всё — суета,

всё — погоня за ветром.

Я возненавидел всё, ради чего

трудился под солнцем,

потому что всё это я должен

оставить тому, кто придёт

после меня.

И кто знает,

будет ли он мудрым

или глупым?

А ведь он будет

управлять всем, что я

приобрел под солнцем

тяжелым трудом и мудростью.

И это тоже суета.

И сердце моё впало

в отчаяние от всего труда,

который я делал под солнцем,

потому что человек может

трудиться с мудростью,

знанием и умением, а затем

должен оставить всё тому,

кто палец о палец не ударил.

И это — суета, это —

большая несправедливость.

Что приобретает человек

от всего своего труда

и переживаний под солнцем?

Все дни труда его — боль

и скорбь, и даже ночью

разум его не знает покоя.

Это тоже суета.

Нет

ничего лучше для человека,

чём есть, пить

и находить

наслаждение в труде.

Я понял,

что и это даёт рука Божья,

ведь кто без Него может есть

и наслаждаться?

Человеку, который угоден Ему,

Он даёт мудрость,

знание и счастье,

а грешнику — бремя: собирать

и копить богатство,

чтобы передать его тому, кто

угоден Богу.

И это — суета, это — погоня

за ветром.