Chapter 17

Книга Притчей Соломоновых:

Глава семнадцатая Лучше сухая

корка с покоем и миром,

чём дом, полный

заколотого скота,

а в нём — вражда.

Мудрый слуга будет

править беспутным сыном

и получит долю наследства

среди братьев.

Тигель для серебра,

и для золота —

горн плавильный,

а Господь испытывает сердца.

Нечестивый слушает

уста злодея; лгун внимает

пагубному языку.

Издевающийся над нищим

оскорбляет его Создателя,

радующийся несчастью

не останется безнаказанным.

Внуки — венец старикам,

а отцы — гордость

своих сыновей.

Не пристала невеже

высокая речь,

а тем паче благородному —

лживое слово!

Взятка — как волшебный камень

в глазах дающего её:

куда он

ни повернется, преуспеет.

Прощающий оскорбление

ищет любви,

а напоминающий о нём

отталкивает близкого друга.

Упрёк сильнее воздействует

на разумного,

чём сто ударов на глупца.

Только смуты ищет злодей,

и вестник безжалостный

будет послан против него.

Лучше встретить медведицу,

лишенную медвежат,

чём глупца с его глупостью.

Если человек воздает

за добро злом,

зло не покинет его дома.

Ссору начать —

что плотину пробить;

остановись,

прежде чём она вспыхнет.

Оправдывающий виноватого

и обвиняющий невиновного —

Господь гнушается их обоих.

Зачем глупцу

на премудрость деньги,

если учиться он не желает?

Друг любит во всякое время,

и брат рождён разделить беду.

Лишь неразумный

человек даёт залог,

чтобы ручаться за другого.

Кто любит ссоры, тот

любит грех; тот,

кто бахвалится, ищет падения.

Лукавый сердцем не преуспеет;

лживый язык попадет в беду.

Горе тому, кто родил глупца;

нет радости отцу дурня.

Веселое сердце исцеляет,

как лекарство,

а подавленный дух

иссушает кости.

Нечестивый

тайно берёт взятку, чтобы

извратить пути правосудия.

Разумный держит

на мудрости взгляд,

а глаза глупца блуждают

на краях земли.

Глупый сын — горе для отца

и горечь для матери.

Нехорошо

и наказывать невиновного,

и знатных бичевать за правду.

Человек знания

осторожен в словах,

и рассудительный —

хладнокровен.

Даже глупца, когда он молчит,

мудрым сочтут,

и когда он удерживает язык,

рассудительным.