Chapter 2

Служение

Павла признано другими

апостолами

Четырнадцать лет спустя я

опять побывал в Иерусалиме,

на этот раз с Варнавой.

Мы взяли с собой и Тита.

Было откровение,

что я должен пойти туда,

и я изложил лидерам

содержание Радостной Вести,

которую я возвещаю

среди язычников.

Я сделал

это в личной беседе

с теми, кто считался

главным среди них,

чтобы проверить,

не напрасно ли я

трудился и тружусь.

Так они не потребовали

даже, чтобы Тит,

бывший греком, был обрезан.

А вопрос этот был

поднят лжебратьями,

которые скрытно

проникли в нашу среду,

желая лишить нас той свободы,

которую мы получили во Христе

Иисусе,

и опять поработить нас.

Но мы ни в чём не поддались

им ни на минуту,

чтобы у вас сохранилась

истина Радостной Вести.

И те, за кем признавался

наибольший авторитет

в иерусалимской церкви(

(лично для меня их высокое

положение ничего не значило,

потому что Бог

судит о человеке

не взирая на лица),

ничего не потребовали

сверх той Радостной Вести,

которую я возвещал.

Наоборот,

они были убеждены в том,

что мне было

доверено возвещать

Радостную Весть необрезанным

точно так же,

как Петру — обрезанным.

Ведь Бог,

Который действовал

через Петра в его служении

апостола для обрезанных,

действовал и через меня

в служении для язычников.

И Иаков, Кифа и Иоанн —

те, кого считают

столпами церкви,

подали мне и Варнаве руку

общения в знак того,

что они признают данное

мне по благодати служение

и соглашаются с тем,

что нам следует

идти к язычникам,

а им — к обрезанным.

Они лишь попросили о том,

чтобы мы не забывали

о помощи бедным,

что я и исполняю

с большим усердием.

Оправдание верой

в Иисуса Христа

Когда же Кифа

пришёл в Антиохию,

я высказал ему

всё прямо в лицо,

потому что он был виноват.

Раньше

он ел вместе с верующими

из язычников,

но когда пришли

некоторые люди,

посланные Иаковом,

он стал устраняться

и перестал общаться

с бывшими

язычниками из страха

перед теми, кто был обрезан.

Так же лицемерно, как он,

начали поступать

и другие иудеи,

так что их лицемерие

сбило с правильного

пути даже Варнаву.

Когда я увидел,

что они поступают

не в согласии с истиной

Радостной Вести,

я сказал Кифе

в присутствии всех: Ты иудей,

но живёшь как язычник,

а не как иудей.

Зачем же ты заставляешь

язычников следовать

иудейским традициям?

Мы, иудеи по рождению,

а не грешные язычники,

знаем, что человек

получает оправдание

не соблюдением Закона,

а верой в Иисуса Христа.

Поэтому и мы поверили

во Христа Иисуса,

чтобы и нам быть

оправданными верой в Него,

а не соблюдением Закона.

Соблюдением же Закона

не оправдается никто.

И если мы,

ища оправдания через Христа,

оказываемся такими

же грешниками, как

и язычники,

значит ли

это, что Христос

распространяет грех?

Ни в коем случае!

Ведь если я вновь

пытаюсь оправдаться

через соблюдение Закона,

что некогда сам же и отверг,

то этим

я показываю, что я

нарушитель Закона.

Закон приговорил

меня к смерти,

и, умерев,

я освободился от власти

Закона, чтобы жить

для Бога!

Я был распят со Христом,

и уже не я, но Христос

живёт во мне.

Моя жизнь в этом теле —

это жизнь верой

в Сына Божьего,

полюбившего меня

и отдавшего Себя за меня.

Я не отвергаю

благодать Божью.

А если бы оправдание

можно было получить

через соблюдение Закона,

то это значило бы,

что Христос умер напрасно!